Я не очень поняла, чего он хотел. Что-то говорил про интервью, что-то еще о чем-то, где-то, куда-то… Ему что-то не нравилось, он что-то спрашивал… Я нервничала, и у меня как всегда потели руки. Когда мы наконец решили все вопросы, я положила трубу, выдохнула и написала смс своему другу Юре. Юра долго не отвечал. И тогда я посмотрела в «отправленные», чтобы убедиться, что смс доставилась… Она доставилась.
Но не Юре…
«Что-то Ермоленко заебал названивать! Может, он бухой?!», - пришло сообщение на телефон известного самарского театрального критика…
Меня обдало кипятком. Солнце остыло, птицы упали с веток замертво, внизу их растащили по углам метровые радиационные крысы. Я растянула извинения аж на три сообщения. Я била челом, умоляла о прощении, называла себя овцой и заверяла, что непременно сгорю в аду в ближайшем будущем. Ермоленко не ответил ничего.
читать